По проспектам и переулкам шагает перестройка, а советская эпоха медленно гаснет. Новые правила жизни еще не написаны — неспокойные восьмидесятые несут с собой не только глоток свободы, но и волну хаоса. Для одних подростков, как застенчивого Андрея, настоящей школой становятся городские дворы. Для других, как для Вовы, в этой зыбкой действительности уже нет опоры.
Чтобы уцелеть, подростки собираются в группы, готовые отстаивать каждый свой уголок в жестоких стычках. В этом круговороте лишь верность данному другу слову остается непреложной — она сильнее жестокости улиц и тревог, исходящих от мира взрослых.